Хочу отметить, что в середине 90-х годов "Имунофан" был апробирован на сотрудниках ФСБ, пострадавших в боевых действиях. В каждом отдельном случае сотрудник давал свое личное согласие (сознательно и без малейшего давления) на добровольное участие в приеме препарата. Им объяснялось, что в первой половине 90-х годов, когда проводились основные исследования и были получены наиболее ценные результаты, еще оставались белые пятна в нашем представлении о возможном воздействии препарата на человеческую психику. Наши последующие исследования показали, что такое воздействие есть, и носит оно исключительно позитивный характер, поскольку позволило многим нашим сотрудникам преодолеть стрессовые воздействия социального плана. Позволю себе напомнить, что это был период быстрых и мощных структурных перестроек самого различного рода.

Признаюсь, что с некоторой тревогой отправился испытывать его на себе и на тех пациентах, коих мне могли показать в психиатрическом отделении нашего Центрального военного госпиталя. Мне, конечно, дали глубокого инвалида, больного шубообразной формой шизофрении - с 15-летним "стажем".

КОРР.:
Простите, что означает термин "шуб"?

КОМАРОВ:
"Шуб" - это зацикленность над проблемой, которой не существует в принципе. Например, в том случае, о котором я рассказываю, больному В. казалось, что его родную сестру постоянно насилуют, даже тогда, когда она сидела рядом и пила с ним чай. Так странно все 15 лет проявлялась его болезнь. Далее ситуация развивалась следующим образом. Сделали мы ему пять инъекций "Имунофана", - другого выхода не было ни для врачей, ни для больного. И вот на шестой день лечащие врачи встретили меня как "героя психбольницы". По их словам, произошло чудо вследствие открытия. В ответ на мое недоумение меня повели к тому самому больному В. и предложили поговорить с ним. Я не психиатр и не знал, о чем можно говорить с глубоким шизофреником. Мне посоветовали спросить его о самочувствии, что я и сделал. "Прекрасно себя чувствую, Владимир Александрович, - ответил больной. - После ваших уколов мне впервые стало хорошо". - "Почему?" - "Да с сестрой все в порядке и мне хорошо". На меня был устремлен ясный взгляд психически здорового человека; и "шуб" куда-то делся, и цикл разорвался. Вот это было удивительно!

Перед нами открывались не только новые возможности "Имунофана", но и новые горизонты науки. Ведь свойства взаимодействия иммунной и нервной системы никогда не изучались психиатрами прежде с точки зрения восстановления иммунитета. Если и были какие-то попытки "вульгарного плана" применить в данном направлении хоть что-нибудь, то при таком подходе результаты были неоднозначными уже потому только, что препараты, которые использовались, были очень низкого уровня и качества типа "Левамизола". Такого рода средства давали как обнадеживающие результаты, так и отрицательные или нулевые - в равной пропорции. А вот применить "Имунофан" - препарат, у которого практически нет противопоказаний, - признаться, руки чесались. И я получил и продолжаю получать самые положительные результаты его действия (как правило, в сочетании с другими препаратами) не только на многочисленных больных из числа моих пациентов, но даже на здоровых людей.