| КАЧЕСТВО ЖИЗНИ И ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ПОСЛЕ ЭСТ |
|---|
| Опубликовано Thu 06 Jan 2005 (7969 прочтений) |
|
W. Vaughn McCall, M. D., M. S., Aaron Dunn, B. A., Peter B. Rosenquist, M. D. ©, 2004 США, Медицинский факультет Университета Wake Forest (Wake Forest University Health Sciences), Отделение психиатрии и психосоматики (Department of Psychiatry and Behavioral Medicine) Оригинальный текст на английском языке “Quality of life and function after electroconvulsive therapy” McCall et al. Br J Psychiatry.2004; 185: 405-409. напечатан Br J Psychiatry, 2004; http://bjp.rcpsych.org/cgi/content/full/185/5/405 © , 2004 Перевод статьи на русский язык опубликован на сайте www.psychoreanimatology.org с любезного разрешения автора статьи, д-ра W. V. McCall, в соответствии с предоставленным им текстом. Эксклюзивное право на публикацию перевода статьи на русский язык на сайте www.psychoreanimatology.org получено от Королевской Коллегии Психиатров (Royal College of Psychiatrists), Великобритания; воспроизведение этого перевода в печатном или электронном виде где-либо, кроме данного сайта, без разрешения Королевской Коллегии Психиатров запрещено. Перевод с английского: А. И. Нельсон, 2004, © , 2004 Адрес для связи с авторами статьи: W. Vaughn McCall, M.D., M.S. Department of Psychiatry and Behavioral Medicine Wake Forest University Health Sciences Medical Center Boulevard Winston-Salem, NC USA 27157-1071 Phone: 336-716-2911 Fax: 336-716-3508 Email: vmccall@wfubmc.edu КРАТКОЕ СОДЕРЖАНИЕ Состояние вопроса. Недавнее руководство, составленное NICE, рекомендовало ограничение применения ЭСТ. Отчасти такая позиция авторов руководства была вызвана недостаточным отражением в литературе влияния ЭСТ на качество жизни (КЖ) и функционирования. Цель. Мы исследовали, как влияет ЭСТ на КЖ и функционирование пациентов, и в частности, как это влияние соотносится с изменениями их аффективной сферы и когнитивных функций в течение месяца после ЭСТ. Метод. Мы проследили изменения КЖ, функционирования, эмоциональной и когнитивной сфер в проспективном исследовании 77 депрессивных пациентов, получавших ЭСТ. Результаты. Все исследовавшиеся параметры КЖ и функционирования улучшились при исследовании в 2- и 4-недельный срок после ЭСТ. Улучшение КЖ было связано с положительной динамикой в эмоциональной сфере, тогда как улучшение в инструментальной деятельности было связано с положительной динамикой в общей когнитивной сфере. Выводы. ЭСТ ведет к быстрому улучшению КЖ и функционирования пациентов. Ограничительный подход к ЭСТ не оправдан с точки зрения влияния метода на КЖ и функционирование пациентов. Объявленные интересы. Исследование финансировано за счет гранта NIMH (National Institute of Mental Health – Национальный Институт психического здоровья) MH01090. ВВЕДЕНИЕ ЭСТ широко признана как эффективный и адекватный метод купирования острой симптоматики при больших депрессивных расстройствах (The UK ECT Review Group, 2003; American Psychiatric Association Committee on Electroconvulsive Therapy, 2001). Однако остаются не полностью выясненными вопросы о выраженности и продолжительности побочных влияний ЭСТ на память, а также о том, обеспечивает ли ЭСТ итоговое улучшение КЖ и функционирования. Отражением этих сомнений явилось недавнее руководство NICE (National Institute for Clinical Excellence, 2003), где было рекомендовано резкое ограничение применения ЭСТ – до тех пор, пока не будет получено больше информации о влиянии ЭСТ на память, КЖ и другие показатели здоровья. Руководство NICE утверждает, что «ни в одном исследовании в достаточной мере не проанализировано... качество жизни», и что «людям, которым предлагается ЭСТ или которые получили это лечение, нужно дать больше информации о связанных с этим методом изменениях качества жизни» (National Institute for Clinical Excellence, 2003). В работах по аффективным и когнитивным расстройствам показано, что чем хуже у депрессивных пациентов когнитивный статус, тем хуже у них и КЖ. Эти соотношения справедливы как для пациентов с первичной деменцией и вторичной депрессией (Pearson J. L. et al, 1989), так и для первично депрессивных больных со вторичной когнитивной дисфункцией (McCall V., Dunn A., 2003). Эти наблюдения способны вызвать сомнения – не могут ли побочные когнитивные эффекты ЭСТ свести на нет положительные антидепрессивные влияния ЭСТ на КЖ? Однако в работах нашего коллектива и других авторов (McCall W. V. et al, 2001; Casey P. et al, 1996) уже было показано, что ЭСТ приводит к итоговому улучшению КЖ как минимум на год после лечения. В данной работе мы исследовали, каков вклад антидепрессивного влияния и побочных когнитивных эффектов ЭСТ в итоговое изменение КЖ и функционирования у пациентов. Изначально мы предположили, что антидепрессивное влияние ЭСТ будет связано с улучшением КЖ и функционирования, а побочные когнитивные эффекты – с ухудшением этих показателей. МЕТОДЫ Пациенты У пациентов с помощью структурированного собеседования (Ventura J. et al, 1998) был установлен диагноз «большой депрессивный эпизод». У всех участников было получено письменное информированное согласие – после полного разъяснения им особенностей исследования. Протокол был одобрен локальным университетским комитетом. Пациенты были старше 18 лет, ни у кого в анамнезе не было шизофрении, шизоаффективных расстройств, активного злоупотребления веществами, умственной отсталости или неврологических заболеваний. Оценки по шкале Mini Mental State Exam (MMSE) [Folstein M. F. et al, 1975] у всех были выше 18. Ни один из пациентов не получал ЭСТ в последние 4 месяца. Исходные показатели 21-пунктовой шкалы Гамильтона – Hamilton Rating Scale for Depression (HRSD) [Hamilton M., 1960] были выше 20. Достаточность лекарственной антидепрессивной терапии во время текущего большого депрессивного эпизода определялась с помощью дихотомизированной оценочной шкалы (сравнение достаточного лечения с недостаточным) [Prudic J. et al, 1996; Sackeim H. A., 2001; McCall W. V. et al, 1999a]. Перед первым сеансом ЭСТ были отменены антидепрессанты, антиконвульсанты и литий. Дозы бензодиазепинов перед началом лечения были снижены до 4 мг/сут. лоразепама или эквивалентной дозы других бензодиазепинов. Участники исследования открытым образом получали лечение антидепрессивными препаратами в течение месячного наблюдения после курса ЭСТ, с возможностью отмены препаратов лечащим врачом. Методика ЭСТ Использовалось правостороннее унилатеральное (ПУЛ) по d’Elia и билатеральное (БЛ) фронтотемпоральное наложение электродов [d'Elia G., Raotma H., 1975]. Выбор, какому из пациентов какую позицию электродов применить, производился случайным образом. Использовался конвульсатор MECTA SR1 (биполярный короткоимпульсный аппарат, работающий на принципе постоянства тока). Судорожный порог оценивался у всех пациентов во время первого сеанса ЭСТ путем пошагового увеличения дозы примерно на 50% в каждой последующей стимуляции. Пациенты группы ПУЛ во всех сеансах, начиная со второго, получали стимуляцию с дозой, в 8 раз превышающей их начальный судорожный порог, а пациенты группы БЛ – с дозой, превышающей начальный судорожный порог в 1,5 раза. Дополнительные детали техники ЭСТ известны из литературы [McCall W. V. et al, 2002]. Общее число сеансов определялось лечащим врачом психиатром, которому была неизвестна принадлежность пациентов к той или иной группе рандомизации. Тяжесть депрессии и критерии эффективности терапии Пациенты предоставляли субъективный самоотчет о тяжести депрессии по методике Beck Depression Inventory (BDI) [Beck A. T. et al, 1988], а опытный исследователь, незнакомый с рандомизационным статусом пациента, после полуструктурированного интервью производил объективную оценку тяжести депрессии по шкале HRSD Гамильтона. Заполнение шкалы Гамильтона производилось за 1-3 дня до первого сеанса ЭСТ, через 24 часа после каждого сеанса в течение курса, через 1-2 дня после последнего сеанса и через 2-4 недели после завершения курса. Оценка по методике BDI применялась до и сразу после каждого сеанса ЭСТ, а также спустя 2 и 4 недели после курса. Наличие антидепрессивного эффекта определялось как снижение более чем на 60% показателей по шкале HRSD (при заключительной оценке ниже 12 баллов) после последнего сеанса. Среди пациентов, для которых ЭСТ оказалась эффективной, при дальнейшем наблюдении рецидив определялся как 50%-ное возрастание показателей (при наличии более 14 баллов) по шкале HRSD через 2 и 4 недели после курса по сравнению с показателями, полученными сразу после курса ЭСТ. Оценка когнитивного состояния Когнитивные функции оценивались за 1-3 дня перед курсом ЭСТ, и через 1-2 дня, 2 и 4 недели после курса – специалистом, которому была неизвестна принадлежность пациентов к той или иной группе рандомизации. Общие когнитивные функции оценивались по шкале MMSE. Ретроградная автобиографическая память оценивалась по методу Personal Memory Questionnaire (Личный опросник памяти) [McElhiney M. C. et al, 1995]. Антероградная амнезия в отношении функции вербальной памяти исследовалась с помощью метода Rey Auditory-Verbal Learning Task (Слуховое вербальное обучающее задание), с 20-минутной отсрочкой воспроизведения [Ryan J. J. et al, 1986]. Антероградная амнезия в отношении функции запоминания фигур исследовалась с помощью Метода воспроизведения сложных фигур, с 20-минутной отсрочкой воспроизведения [Spreen O., Strauss E., 1991]. Функционирование и КЖ Функционирование измерялось по шкале Инструментальной активности повседневной жизни (Instrumental Activities of Daily Living – IADL) и шкале Повседневной активности (шкале личного самообслуживания), Personal Self Maintenance Scale - PSMS [Lawton M. P., Brody E. M., 1969]. Шкала IADL у данных испытуемых оказалась достаточно чувствительной и обнаружила хорошее соответствие (корреляция 0,95) между данными, полученными от пациентов и от их близких [McCall W. V. et al, 2002]. КЖ оценивалось по субшкалам Повседневной жизни и ролевого функционирования (Daily Living and Role Functioning – DLRF) и Отношения к себе и другим (Relationship to Self and Others – RSO) методики Basis-32 [Eisen S. V. et al, 1994]. Статистика Средние значения приведены со стандартными отклонениями. Средние значения непрерывных переменных сравнивались с помощью t-тестов адаптированного метода ANOVA. Распределение частот сравнивалось с помощью метода χ2. Модели изменения функционирования и КЖ создавались для 2- и 4-недельных после курса точек времени, в сравнении с исходными значениями. Было создано 8 моделей линейной регрессии по шкалам DLRF, RSO, IADL и PSMS – через 2 и 4 недели после курса. Все значения моделей были выражены как процентное изменение значений по отношению к исходным, кроме пола и возраста. Переменные, играющие роль предикторов, изначально обрабатывались в виде блоков: «демографический блок» – пол и возраст; «блок настроения» – значения шкал BDI и HRSD; «когнитивный блок» – значения шкал MMSE, RAVLT, фигуры Rey и измерения автобиографической памяти. Все модели соответствовали общей формуле: Функционирование/КЖ = α + β1 демография + β2 настроение + β3 когниция. Если общая модель оказывалась статистически значимой, тогда переходили к исследованию значимости входящих в эту модель блоков переменных. Наконец, если блоки переменных оказывались значимыми, переходили к исследованию отдельных переменных из этих блоков на значимость в масштабах всей модели и одновариантных регрессий. Результаты расценивались как статистически значимые при значении альфа, равном 0,05. Все тесты были двухсторонними. РЕЗУЛЬТАТЫ Пациенты из групп БЛ и ПУЛ значимо не отличались по полу, возрасту, образовательному уровню, достаточности лечения антидепрессивными препаратами во всех точках времени, исходной тяжести депрессивных симптомов, продолжительности текущего депрессивного эпизода, количеству предшествующих депрессивных эпизодов и возрасту, в котором был зафиксирован первый депрессивный эпизод. Не было также и статистически и клинически значимых межгрупповых отличий по антидепрессивному эффекту и побочным когнитивным влияниям ЭСТ во всех временных точках исследования [McCall W. V. et al, 2002] (Табл. 1). Поэтому мы объединили результаты из обеих групп (ПУЛ и БЛ) для последующего анализа. Таблица 1. Демографические и клинические характеристики пациентов  В целом, перед ЭСТ все пациенты находились в состоянии тяжелой депрессии, имели минимальные когнитивные нарушения и значимый дефицит КЖ и функционального статуса (Табл. 2). Таблица 2. Исходные значения настроения, когнитивных функций, КЖ и функционирования, и их изменения (по полному набору данных). Средние значения + стандартное отклонение  Примечания к Табл. 2. Методики: HRSD: меньшие значения указывают на лучшее состояние BDI: меньшие значения указывают на лучшее состояние MMSE: большие значения указывают на лучшее состояние RAVLT: число слов, воспроизведенных после 20-минутной отсрочки Фигуры Rey: число графических элементов, воспроизведенных после 20-минутной отсрочки Автобиографическая память: число сообщенных событий, относящихся к личной памяти DLRF: меньшие значения указывают на лучшее состояние RSO: меньшие значения указывают на лучшее состояние IADL: большие значения указывают на лучшее состояние PSMS: большие значения указывают на лучшее состояние Статистическая достоверность: a: парный тест, данные катамнеза в сравнении с исходными, p<0.05 b: парный тест, данные катамнеза в сравнении с исходными, p<0.01 c: парный тест, данные катамнеза в сравнении с исходными, p<0.0001 Перед ЭСТ 81% пациентов соответствовали нашему определению «достаточного лечения», а через 2 и 4 недели после курса – соответственно, 55% и 70% [Prudic J. et al, 1996]. Через 2 недели после ЭСТ 17 пациентов принимали СИОЗС, 13 – венлафаксин, 12 – ТЦА (включая 3, принимавших добавочно литий) и 2 – ИМАО. Схема приема антидепрессантов через 4 недели после ЭСТ была аналогичной. Изо всех 77 пациентов только для 41 был получен полный набор данных по каждой переменной для всех временных точек. Было принято допущение, что недостающие данные у остальных 36 пациентов отсутствуют несистематически (случайным образом), поэтому метод искусственного восстановления переменных не использовался. Различия «до и после» и регрессионные модели исследовались как для всего набора данных по всем пациентам, так и для 41 пациента, имеющего полный набор данных. Статистические выводы оказались идентичными в обоих случаях. Поэтому результаты представлены для полного набора данных на всех пациентов. Сразу после курса ЭСТ удовлетворительный результат был получен у 66% пациентов; у 37% из этих пациентов случился рецидив на первом месяце после ЭСТ. Улучшение было зарегистрировано в каждом исследованном аспекте – настроении, когниции, КЖ и функционировании – через 2 и 4 недели после курса ЭСТ. Исключение составили результаты теста автобиографической памяти, конструкция которого позволяла выявлять только ухудшение, а не улучшение памяти. Изменения 9 переменных, указывающих на улучшение, оказались статистически значимыми, кроме RAVLT (Табл. 2). Хотя у большинства пациентов через 2 и 4 недели после курса ЭСТ было отмечено улучшение КЖ и функционирования, у небольшой их части все же отмечалось ухудшение некоторых показателей. Было 70 пациентов, у которых по шкалам DLRF, RSO, IADL и PSMS набрался полный комплект данных для исходного состояния и для 2-недельной точки времени после ЭСТ; для этих шкал, соответственно, было отмечено ухудшение показателей после лечения у 3, 8, 6 и 8 пациентов. При сравнении этих пациентов с теми, у кого КЖ и функционирование улучшилось, выяснилось, что у пациентов с ухудшением были худшие показатели по шкалам HRSD и RF, более выраженные нарушения ретроградной памяти и меньше было выражено улучшение после лечения по шкале HRSD. Все модели изменений по шкалам DLRF и RSO были высоко значимы, а из блоков оказался значимым только «настроение» (Табл. 3). При анализе отдельных составляющих блока «настроение» выяснено, что только HRSD статистически значимо соотносилась с DLRF или RSO, хотя в моделях были представлены и HRSD, и BDI. Снижение тяжести депрессии оказалось ассоциированным со снижением дефицитов по шкалам DLRF и RSO. Таблица 3. Определяющие показатели КЖ и функционирования  Примечания к Табл. 2. Методики: DLRF: Daily living and role function subscale (субшкала повседневной жизни и ролевой активности) RSO: Relationship to self and others subscale (субшкала отношения к себе и другим) IADL: Instrumental activities of daily living (инструментальная активность повседневной жизни) PSMS: Personal self maintenance scale (шкала личного самообслуживания) Статистическая достоверность: a: p<0.05 b: p<0.01 c: p<0.001 Значимой моделью функционирования оказались результаты шкалы IADL через 2 недели после курса. Внутри этой модели только блок «Когниция» оказался значимым. Дальнейшее рассмотрение компонентов «Когниции» показало, что только изменения MMSE коррелировали с изменениями в IADL через 2 недели после курса ЭСТ (r=0,3, p<0,05; n=67). Вклад MMSE в вариативность IADL не мог быть объяснен как влияние аффективных изменений, поскольку изменения в MMSE и изменения в HRSD через 2 недели после курса не были связаны (r= -0,1, p=0,38; n=69). ОБСУЖДЕНИЕ Главным выводом из данного исследования явилось то, что КЖ и функционирование пациентов улучшаются уже через 2 недели после окончания курса ЭСТ. Мы прежде сообщали, что КЖ и функционирование улучшались после ЭСТ, и в гораздо большей степени, чем при лечении медикаментами, но в той прежней статье первое измерение проводилось через 4 недели после курса ЭСТ [McCall W. V. et al, 2001]. В данной работе показано, что исследования КЖ имеют ключевое значение для обоснования показаний к ЭСТ у депрессивных пациентов. Это подчеркивается и в нашем прежнем сообщении [McCall W. V. et al, 1999b]; отмечалось, что улучшение КЖ и функционирования сохраняются у пациентов до года после ЭСТ [McCall W. V. et al, 2001; Casey P. et al, 1996]. Изменения, зарегистрированные нами с помощью инструментов оценки КЖ (DLRF и RSO) оказались связанными с изменениями в аффективной сфере. Это находится в соответствии с полученными ранее «поперечными и продольными срезами» состояния больных, где было выявлено, что именно аффективные, а не когнитивные изменения находятся в связи с этими переменными [McCall W. V. et al, 2001; McCall W. V. et al, 1999a; McCall W. V., Dunn A., 2003]. Выявленный факт, что только изменения в HRSD, но не в BDI, были значимо связаны с КЖ (хотя и HRSD, и BDI находились в структуре моделей), может быть объяснено тем, что HRSD использовалась для определения терапевтической эффективности ЭСТ. Решение о продолжении или окончании курса ЭСТ принималось отчасти на основании изменений показателей шкалы HRSD, но не BDI. Хотя в исследовании выявлено улучшение показателей функционирования на 2-й и 4-й неделях после конца курса (Табл. 2), наши модели могли предсказать изменения IADL только на 2-й неделе. Интересно, что изменения по шкале IADL на 2-й неделе были наиболее тесно связаны с изменениями в когнитивной, а не в аффективной сфере. В частности, улучшение показателей шкалы MMSE, но не какие-либо из специфических показателей памяти, были связаны с улучшением по шкале IADL на 2-й неделе. Это соответствует нашим ранее полученным данным о том, что исходные показатели по шкале IADL у пациентов, которым назначили ЭСТ, коррелирует с показателями MMSE, но не с показателями аффективного состояния [McCall W. V., Dunn A., 2003]. Имеется большое количество работ о когнитивных дефицитах, связанных с ЭСТ. Поэтому нам кажется примечательным, что полученные в данном исследовании измерения общих когнитивных функций, антероградной вербальной памяти и антероградной памяти на зрительные образы оказались улучшившимися на 2-й и 4-й неделе по сравнению с исходными показателями. Однако это не новость – об улучшении когнитивных функций после ЭСТ уже не раз сообщалось за последние 40 лет [Fink M., 1979; Pisvejc J. et al, 1998]. Когнитивные нарушения могут быть неотъемлемой составной частью депрессивного заболевания [Weingartner H. et al, 1981; King D. A. et al, 1991], и поэтому логично ожидать, что излечение депрессии окажется ассоциировано с улучшением показателей когнитивных тестов. Хотя улучшение показателей в нейропсихологических тестах отчасти может быть обусловлено влиянием обучения, но все равно остается весьма вероятным, что положительная динамика результатов этих тестов после ЭСТ отражает повышение когнитивной продуктивности у тех пациентов, у которых эта функция была истощена за счет депрессии. Подобные же результаты были получены для постинсультных пациентов, выздоравливающих после депрессии [Narushima K. et al, 2003] и в клинических исследованиях антидепрессивных препаратов при первичной депрессии [Reynolds C. F. et al, 1987; Reifler B. V. et al, 1989; Newhouse P. A. et al, 2000; Cassano G. B. et al, 2002]. Данное исследование имеет определенные ограничения. Число участников было небольшим, некоторые данные были неполными. Тем не менее, результаты, полученные при анализе всех пациентов (общий доступный набор данных), и результаты, полученные при анализе только пациентов, имеющих полный комплект данных, привели к одним и тем же выводам. Пациенты получали после курса ЭСТ нестандартизованное лечение различными видами и дозами антидепрессантов для профилактики рецидивов. Неясно, насколько это медикаментозное лечение могло повлиять на аффективный статус, когнитивные функции, КЖ и функционирование пациентов. Хотя период катамнестического наблюдения составил всего один месяц, но уже и на этом отрезке видно, что влияния ЭСТ на аффективную, когнитивную и нейропсихологическую сферы угасают в течение недель после курса – пожалуй, кроме влияния на снижение автобиографической памяти, которое оказывается более стойким. Поскольку исследование автобиографической памяти не вписывалось ни в одну из наших моделей первого месяца катамнестического наблюдения, то не исключено, что исследование этого параметра было бы более важно при оценке КЖ в последующие месяцы после ЭСТ. Таким образом, ЭСТ оказалась ассоциированной с улучшением КЖ, функционирования, настроения, антероградной памяти и общего когнитивного состояния больных через 2 и 4 недели после курса. У большинства больных отмечено улучшение КЖ и функционирования. На изменения в самооценке пациентами их КЖ, видимо, больше всего повлияли изменения настроения, тогда как изменения в функционировании (методика IADL) на 2-й неделе были связаны с изменениями в общем когнитивном статусе. Полученные результаты подтверждают известную точку зрения, что ЭСТ вызывает итоговое улучшение здоровья у большинства пациентов. Данная работа заполняет пробел в знаниях, который недавно привел к написанию руководства по ЭСТ, выдержанного в ограничительном духе, в Великобритании [National Institute for Clinical Excellence, 2003]. Клиническое значение Качество жизни и функционирования у депрессивных больных улучшаются на первом месяце после курса ЭСТ. Улучшение функционирования связано с улучшением когнитивных функций, тогда как улучшение качества жизни связано с улучшением настроения. Ограничительный подход к ЭСТ не оправдан с точки зрения влияния этого метода на КЖ и функционирование пациентов. Ограничения исследования Исследование было ограничено небольшим контингентом больных. Катамнестическое наблюдение продолжалось всего один месяц. Было принято допущение, что отсутствие некоторых данных не окажет влияния на результат, поскольку носит не систематический, а случайный характер. СПИСОК ЛИТЕРАТУРЫ 1. American Psychiatric Association Committee on Electroconvulsive Therapy (2001). The Practice of Electroconvulsive Therapy: Recommendations for Treatment, Training and Privileging. Washington, DC. 2. Beck A. T., Steer R. A., and Garbin M. G. (1988). Psychometric Properties of the Beck Depression Inventory: Twenty-Five Years of Evaluation. Clinical Psychology Review, 8, 77-100. 3. Casey P., Meagher D., and Butler E. (1996). Personality, functioning, and recovery from major depression. Journal of Nervous and Mental Disorders, 184, 240-245. 4. Cassano G. B., Puca F., Scapicchio P. L., et al (2002). Paroxetine and fluoxetine effects on mood and cognitive functions in depressed nondemented elderly patients. Journal of Clinical Psychiatry, 63, 396-402. 5. D'Elia G. and Raotma H. (1975). Is unilateral ECT less effective than bilateral ECT? British Journal of Psychiatry, 126, 83-89. 6. Eisen S. V., Dill D. L., and Grob M. C. (1994). Reliability and validity of a brief patient-report instrument for psychiatric outcome evaluation. Hospital and Community Psychiatry, 45, 242-247. 7. Fink M. (1979). Convulsive Therapy. Raven Press Books, Ltd. 8. Folstein M. F., Folstein S. E., and McHugh P. R. (1975). «Mini-mental state». A practical method for grading the cognitive state of patients for the clinician. Journal of Psychiatric Research, 12, 189-198. 9. Hamilton M. (1960). A rating scale for depression. Journal of Neurology Neurosurgery and Psychiatry, 23, 56-62. 10. King D. A., Caine E. D., Conwell Y., et al (1991). The neuropsychology of depression in the elderly: a comparative study of normal aging and Alzheimer's disease. Journal of Neuropsychiatry Clinical Neurosci., 3, 163-168. 11. Lawton M. P. and Brody E. M. (1969). Assessment of older people: self-maintaining and instrumental activities of daily living. Gerontologist, 9, 179-186. 12. McCall V. and Dunn A. (2003). Cognitive deficits are associated with functional impairment in severely depressed patients. Psychiatry Research, 121, 179-184. 13. McCall W. V., Cohen W., Reboussin B., et al (1999a). Effects of mood and age on quality of life in depressed inpatients. Journal of Affective Disorders, 55, 107-114. 14. McCall W. V., Cohen W., Reboussin B., et al (1999b). Pretreatment differences in specific symptoms and quality of life among depressed inpatients who do and do not receive electroconvulsive therapy: a hypothesis regarding why the elderly are more likely to receive ECT. Journal of ECT, 15, 193-201. 15. McCall W. V., Dunn A., Rosenquist P. B., et al (2002). Markedly suprathreshold right unilateral ECT versus minimally suprathreshold bilateral ECT: antidepressant and memory effects. Journal of ECT, 18, 126-129. 16. McCall W. V., Dunn A. G., Rosenquist P., et al (2002). Proxy validation of patient self-reports of ADL and IADL function before and after electroconvulsive therapy. Journal of ECT, 18, 74-79. 17. McCall W. V., Reboussin B. A., Cohen W., et al (2001). Electroconvulsive therapy is associated with superior symptomatic and functional change in depressed patients after psychiatric hospitalization. Journal of Affective Disorders, 63, 17-25. 18. McElhiney M. C., Moody B. J., Steif BL, et al (1995). Autobiographical memory and mood: effects of electroconvulsive therapy. Neuropsychology, 9, 501-517. 19. Narushima K., Chan K., Kosier J., et al (2003). Does cognitive recovery after treatment of poststroke depression last? A 2-year follow-up of cognitive function associated with poststroke depression. American Journal of Psychiatry, 160, 1157-1162. 20. National Institute for Clinical Excellence (2003). Guidance on the use of electroconvulsive therapy. National Health Science. 21. Newhouse P. A., Krishnan K. R., Doraiswamy P. M., et al (2000). A double-blind comparison of sertraline and fluoxetine in depressed elderly outpatients. Journal of Clinical Psychiatry, 61, 559-568. 22. Pearson J. L., Teri L., Reifler B. V., et al (1989). Functional status and cognitive impairment in Alzheimer's patients with and without depression. Journal American Geriatric Society, 37, 1117-1121. 23. Pisvejc J., Hyrman V., Sikora J., et al (1998). A comparison of brief and ultrabrief pulse stimuli in unilateral ECT. Journal of ECT, 14, 68-75. 24. Prudic J., Haskett R. F., Mulsant B., et al (1996). Resistance to antidepressant medications and short-term clinical response to ECT. American Journal of Psychiatry, 153, 985-992. 25. Reifler B. V., Teri L., Raskind M., et al (1989). Double-blind trial of imipramine in Alzheimer's disease patients with and without depression. American Journal of Psychiatry, 146, 45-49. 26. Reynolds C. F., III, Perel J. M., Kupfer D. J., et al (1987). Open-trial response to antidepressant treatment in elderly patients with mixed depression and cognitive impairment. Psychiatry Research, 21, 111-122. 27. Ryan J. J., Geisser M. E., Randall D. M., et al (1986). Alternate form reliability and equivalency of the Rey auditory verbal learning test. Journal of Clinical and Experimental Neuropsychology, 8, 611-616. 28. Sackeim H. A. (2001). The definition and meaning of treatment-resistant depression. Journal of Clinical Psychiatry, 62 Suppl 16, 10-17. 29. Spreen O., Strauss E. (1991). A Compendium of Neuropsychological Tests. New York: Oxford University Press. 30. The UK ECT Review Group (2003). Efficacy and safety of electroconvulsive therapy in depressive disorders: a systematic review and meta-analysis. The Lancet, 361, 799-808. 31. Ventura J., Liberman R. P., Green M. F., et al (1998). Training and quality assurance with the Structured Clinical Interview for DSM-IV (SCID-I/P). Psychiatry Research, 79, 163-173. 32. Weingartner H., Cohen R. M., Murphy D. L., et al (1981). Cognitive processes in depression. Archives of General Psychiatry, 38, 42-47. КАЧЕСТВО ЖИЗНИ И ФУНКЦИОНИРОВАНИЯ ПОСЛЕ ЭСТ W. Vaughn McCall, M. D., M. S., Aaron Dunn, B. A., Peter B. Rosenquist, M. D. ©, 2004 США, Медицинский факультет Университета Wake Forest (Wake Forest University Health Sciences), Отделение психиатрии и психосоматики (Department of Psychiatry and Behavioral Medicine) Оригинальный текст на английском языке “Quality of life and function after electroconvulsive therapy” McCall et al. Br J Psychiatry.2004; 185: 405-409. напечатан Br J Psychiatry, 2004; http://bjp.rcpsych.org/cgi/content/full/185/5/405 © , 2004 Перевод статьи на русский язык опубликован на сайте www.psychoreanimatology.org с любезного разрешения автора статьи, д-ра W. V. McCall, в соответствии с предоставленным им текстом. Эксклюзивное право на публикацию перевода статьи на русский язык на сайте www.psychoreanimatology.org получено от Королевской Коллегии Психиатров (Royal College of Psychiatrists), Великобритания; воспроизведение этого перевода в печатном или электронном виде где-либо, кроме данного сайта, без разрешения Королевской Коллегии Психиатров запрещено. Перевод с английского: А. И. Нельсон, 2004, © , 2004 |
| :: :: |
Комментарии принадлежат их авторам. Мы не несем ответственности за их содержание.
| Отправитель | Нити |
|---|